Creative Jazz Fans

Нильс Петер Мольвер в Запорожье

2012-01-09T07:01:00.000-08:00

Когда дело доходит до музыки, наступающей на бордюры, огораживающие джазовый хайвей, тяжело подбирать правильные слова, пытаясь ее описать. Тут уж точно не отделаешься последовательным описанием тем, сменяющихся импровизациями, и перечислением названий давно знакомых стандартов.

Примером такого выступления безусловно был концерт признанного патриарха nu-jazz’а, норвежца Нильса Петера Мольвера (Nils Petter Molvær) в Запорожье 4 декабря. Его трио, в которое помимо лидера-трубача, входят его соотечественники (гитарист Стиан Вестерхюс (Stian Westerhaus) и перкуссионист Эрланд Дален (Erland Dahlen) — оба авторы чрезвычайно интересных соло-записей (для интересующихся: Pitch Black Star Spangled и Rolling Bomber соответственно) и участники множества разнообраных составов), посетило Украину в рамках европейского тура в поддержку последнего альбома коллектива «Baboon Moon».

За свою долгую и эклектичную карьеру Мольвер обзавелся почитателями среди любителей совершенно разных видов музыки. Это и неудивительно, ведь в его творчестве можно отыскать и виртуозный нордический джаз, записанный для легендарного немецкого лейбла ECM, и далеко уходящие с джазовых полей эксперименты с хип-хопом и фолк-музыкой.

Представленная программа и само трио как таковое — снова шаг в несколько другом направлении. Тут привычно меланхоличная труба Мольвера помещена в контекст атмосферной электрогитары молодого, но уже успевшего заработать репутацию новатора, Вестерхюса и разнообразной несвингующе сосредоточенной перкуссии Далена.

Концерт сложился не из набора композиций, а скорее вылился как поток из незаметно переплатающихся наслоений. Электрифицированная труба Мольвера вела за собой музыкантов, иногда изчезая и оставляя на продолжительное время гитару и ударные во взаимодополняющем дуэте, и вновь органично возникая в пространстве зала. Безусловно, обладая безупречной техникой, Мольвер, тем не менее, предельно лаконичен, его фразы коротки и полны пространных пуз, оставляя достаточно места для партнеров по трио. Выстраиваемые проворным Вестерхюсом с помощью невообразимого количества примочек надмелодичные текстуры, редко переходящие в четко очерченные мелодичные линии, как нельзя соотвествовали выстроенному драматическому развертыванию материала. Эрланд Дален тоже не часто задавал ощутимый ровный ритм, а используя помимо барабанной установки, множество колокольчиков, гонгов, играя смычком на пиле (напоминающей звучание терменвокса), вносил еще больше «разреженности» в повествование.

В целом, музыка трио удивительно синергична. Не наваливаясь на слушателя потоком звука, музыканты максимально уместны в каждый момент. Что особенно заметно на фоне той эмоциональной палитры, из которой они набирают цвета для своих акустических полотен. И если не пытаться начинать ломать копья, пытаясь выяснить, джаз ли это, а просто слушать чрезвычайно необычную и завораживающую музыку, Nils Petter Molvær Trio становится изысканным деликатесом этого джазового года.

Александр Мартынов для портала UAJAZZ.COM

Фотографии Светланы Минаковой и Юли Аппен

Nils Petter Molvaer, 4 декабря 2011

2011-10-19T00:59:00.000-07:00

Нильс Петтер Молвер , норвежский композитор и музыкант, родился 18 сентября 1960 года на маленьком острове Сула , где и провел свои детские годы. Отец Нильса Петтера, который сам был музыкантом, привил сыну любовь к джазу. Будучи еще мальчишкой, будущий гуру норвежского ню джаза уже вовсю выступал в школьной самодеятельности и местных джазовых клубах.

В 19 лет Молвер отправился на учебу в консерваторию города Тронхейм- самую знаменитую кузницу джазовых талантов Норвегии. Уже будучи студентом этого замечательного ВУЗа Мольвер выработал свой особенный стиль, который принесет ему славу одного из наиболее подающих надежды молодых музыкантов норвежской джазовой сцены.

Но музыкальные интересы НПМ распространялись не только на область академического джаза. Например, он очень интересовался современной рок и поп-музыкой, фанком и экспериментальными формами современного джаза. Музыкантами, которые сильно повлияли на его творчество, по словам Мольвера, были Miles Davis, Don Cherry, Billie Holiday, Brian Eno, Joni Mitchell и Bill Laswell. Благодаря своей стилистической гибкости и особому пониманию музыки после окончания учебы Нильс Петтер стал одним из самых востребованных норвежских джазменов.

В 1985 году басист Arlind Anderson пригласил его в норвежское джаз-комбо Masqualero, в составе которого Мольвер за пять лет записал три пластинки, изданные на мюнхенском лейбле ECM Records. Также в качестве сессионного музыканта НПМ поучаствовал в записях других исполнителей того же лейбла, таких как Sidsel Endresen, Jon Balke, Robyn Schulkowsky и Marilyn Mazur.

Дебютная сольная пластинка Мольвера, записанная в 1998 году и названная «Khmer», наполненная гипнотической смесью из свободных джазовых импровизаций, элементов рок-музыки, электроники и хип-хоповых ритмов нетипично выделялась на фоне остальных релизов ECM Records. «Khmer» оказался настолько хорош и свеж, что, помимо признания слушателей и массы хвалебных рецензий в прессе, получил премию German Record Critics Award и норвежское Грэмми, а некоторые ремиксы на композиции Мольвера попали даже на вершины немецких клубных чартов.

Второй альбом Мольвера «Solid Ether», выпущенный в 2000 году, только укрепил его успех. В 2001 году был издан «Recoloured» - сборник ремиксов на некоторые композиции двух альбомов. Ремиксерами в том числе были и такие уважаемые товарищи, как Bill Laswell, Joakim Lone и Jason Swinscoe из Cinematic Orchestra. В июле 2002 на прилавках появился 3й студийный альбом Нильса Петтера - NP3, который звучал в более жестких тонах и ритмах, чем ранние вещи. В том же году Мольвер порадовал поклонников выходом dvd «Molvaer Live» с материалом концертных выступлений, а через два года был выпущен лайвовый же альбом «Streamer». Наконец в 2005 под заголовком "Remakes" вышел второй сборник ремиксов (на этот раз при обработках, кроме всего прочего Bugge Wesseltoft, Matthew Herbert, Clive-Lowe/Dego, Bill Laswell и Martin Koller). Осенью 2005го, через 3 года после выхода «NP3», свет увидел очередной диск Нильса Петтера - «ER», в записи которого приняли участие певицы Sidsel Endresen и Elin Rosseland, гитарист Eivind Aarset , а также пианист Magne Furuholmen – экс мембер всемирно известной поп-рок группы A-ha.

Примечательно, что после выхода «Khmer», Нильс Петтер Мольвер стал в качестве композитора активно сотрудничать с кинематографистами, так свой первый заказ он получил в 1999 году от режиссера Stig Andersen, снимавшего кино-биографию знаменитого норвежского полярника Руала Амундсена - «Frosset Hertje», а в 2005 году он записал саундтрек к триллеру «EDY», режиссера Stephan Guerin-Tillie. И в 2007 поучаствовал в написании звуковой дорожки к совместному шведско-норвежскому фильму Petter Nass’a «Hoppet». Избранные композиции, звучавшие в этих трех фильмах, были изданы под названием «Re-Vision» весной 2008 года.На этом сборнике саундтреков можно услышать, как НПМ расширяет рамки своего творчества,используя новые музыкальные средства из богатого этнического арсенала: от чарующих звуков армянского дудука до вокальных экзерсисов муэдзина. Новые текстуры из world music Мольвер очень активно применяет как в своих живых выступлениях, так и в предпоследнем студийном альбоме «Hamada» ,изданном в 2009 году, наиболее медитативном по духу с почти религиозным отношением к звуковому воплощению музыкального материала,что окончательно закрепило за НПМ статус мирового корифея эмбиент-джаза.

Но Мольвер не был бы самим собой, если бы не вышел вновь на очередной старт. Для создания нового альбома он собирает новую группу. Его два нынешних музыканта пришли в джаз с «черного входа». Stian Westerhus является одновременно одним из самых инновативных , а также наиболее востребованных гитаристов европейской альтернативной сцены. Основатель пост-рокового коллектива Jaga Jazzist, он также выступает в дуэте индустриального авангарда Monolithic вместе с ударником Kenneth Kapstad группы Motorpsycho.

Erland Dahlen –барабанщик нового состава,известен фанам альт-рока как участник культовой норвежской психо-блюзовой группы Madrugada, а также по работе с Eivind Aarset`s Sonic Codex Orchestra.

Westerhus и Dahlen привели Мольвера на музыкальную территорию,которую ранее он никогда не посещал. В музыке нового коллектива конечно же осталась чистая и прозрачная атмосфера саунд-коллажей трубача, но в то же время музыканты соорудили могучую машину взрывного давления и ураганной пульсации. Нынешнюю звуковую концепцию Мольвер сам называет free, black prog rock.

Осенью 2011 года на полках музыкальных магазинов появился новый альбом НПМ, названный «Baboon Moon» и в середине октября в Европе начался тур в поддержку свежего материала. 4 декабря сего года европейские гастроли НПМ завершатся единственным концертом в Украине в г.Запорожье.

4 декабря
Запорожье, ДК Металлургов
начало 20.00
обращаться по тел. (061) 213 -75 - 50
моб.0678409037

e-mail: jazz57@mail.ru

Visniauskas-Tokar-Kugel

2011-06-22T02:26:00.001-07:00

Ken Vandermark Quartet

2011-06-22T02:24:00.000-07:00

Charles Gayle Trio

2011-06-22T02:23:00.001-07:00

Герман Лукьянов & "Каданс"

2011-06-22T01:21:00.001-07:00

Jamaaladeen Tacuma "Coltrane Configurations"

2011-06-22T00:08:00.001-07:00

Ken Vandermark " Resonance Progect"

2011-06-05T22:56:00.000-07:00

Charles Gayle Trio "in memory of Sirone"

2011-06-05T22:53:00.000-07:00

Nguyen Le " Celebrating Jimi Hendrix"

2011-06-05T22:26:00.000-07:00

The Thing

2011-06-05T22:25:00.000-07:00

Sonny Simmons & Cosmosamatics

2011-05-07T05:25:00.000-07:00

The Cosmosamatics

2011-03-30T23:56:00.000-07:00

This Is The Thing

2011-01-08T12:52:00.000-08:00

автор: Александр Мартынов

Независимо от того, сколько концертов удается посетить, после некоторых из них остаются особые впечатления. Такие концерты нередко вспоминаются и через год, и через два, и иногда, когда в памяти уже стираются конкретные подробности и детали, остается лишь яркий сгусток эмоций. С этим, конечно, можно поспорить, но вашему покорному кажется, что именно ради таких впечатлений и стоит посещать концерты. Чтобы они задели какую-то глубоко спрятанную струнку, которая будет резонировать и вибрировать еще долгое время после самого выступления.

Как можно было догадаться, такая преамбула была выбрана, потому что концерт, о котором я буду рассказывать, стал именно таким событием. Если коротко попытаться объяснить тем, кто не знает музыку The Thing, что она из себя представляет, то получится примерно такое: при всей фри-джазовой неортодоксальности, музыканты умудряются, пусть не по форме, но по духу, играть самый что ни на есть фри-джаз. И если среди других проектов участников The Thing саксофониста Матса Густафссона (Mats Gustafsson), контрабасиста Ингебрита Хокера Флатена (Ingebrigt Haker Flaten) и барабанщика Пола Нильсена-Лава (Paal Nilssen-Love) можно насобирать множество разнообразных «музык», которые иногда называют современными, импровизационными, неидиоматическими, свободными, то само трио – это первое что приходит на ум, если хочешь посоветовать послушать настоящий фри-джаз вживую кому-то, кому не довелось пожить во времена Альберта Айлера и Джона Колтрейна. Словом, The Thing – неординарное явление фри-джазовой сцены, и их выступление в равное мере неординарное событие.

Неспешно собирающаяся аудитория сразу же смогла оценить фирменное жестокое грувовое звучание коллектива. С первой же композиции Матс Густафссон опрокинул в зал месиво из неровных рваных рифов, периодически сходящихся и расходящихся с ритм-секцией в характерном цепляющем свободном свинге. Жесткая импровизация, во время которой чрезвычайно мощный саксофон Густафссона срывался в экстатические завывания, постепенно сбавила напор. Ингебрит выдавал протяжные звуки с помощью смычка, поддержанные такими же тянущимися, едва заметными, высокими нотами из баритон-саксофона Густафссона. Затем оставшийся наедине с инструментом, Пол Нильсен-Лав продемонстрировал великолепную технику, просолировав почти на одних только хай-хетах, умудрившись даже с таким инструментальной минимализмом привести зал в полнейший восторг.

Снова продолжая концерт в таком же жестком импрове, Ингебрит жестко дергал струны, в то время как, Пол агрессивно выстукивал по выкинутому на рабочий барабан полотенцу. Баритон Густафссона поверх ритмичного вепма периодический отыскивал отчетливые фразы, но чаще уходил в вольное плавание в верхнем регистре. После жесткого цепляющего грува скандинавы показали и другую грань своей музыки – атмосферную композицию, нечуждую традиционному норвежскому джазовому мелодизму. Пол блестяще подчеркивал такую атмосферность, выстукивая молоточками и легко проходясь по тарелкам. Переходя с жестких ритмически концентрированных композиций в совершенно другую область, с завораживающими мелодическими линиями, скрепленными смычком Ингебрита или с умышленным сонористическим «размазыванием звука», музыканты продемонстрировали, что они не собираются брать одними лишь напором и мощью.

Стоит отметить, что в выступлении тяжело было отыскать импровизацию на тему. Музыканты, скорее, общаются на определенном, понятном друг другу, языке, обрывками фраз, слов, предложений. Короткие ритмичные рифы появляются и пропадают то тут, то там. Контрабас буквально замирает и производит одну и ту же ноту, в чем ему вторит саксофон. Все эти фразы сплетаются в одно лоскутное полотно, чрезвычайно насыщенное и удивительно в итоге целостное.

Кроме того, если даже альбомы, студийные и концертные, дают понять, что The Thing не обыденный ново-джазовый коллектив, то живой концерт, отыгранный анплагд, во время которого кроме самого звука можно наблюдать, за специфической «хореографией» коллектива, за тем, как именно происходит общение внутри трио и за тем, как кучно собранные на сцены музыканты, производят такой же уникально кучный и логично целостный звук, – заполняет восприятие их музыки совершенно новыми впечатлениями и дает увидеть до того не видимые оттенки коллектива.

http://uajazz.com/2011/02/this-is-the-thing/

Интервью с Матсом Густафссоном и Полом Нельсеном-Лавом

2010-11-08T04:25:00.000-08:00

В программах Михайла Федора "Інший звук" (г. Ужгород), посвященной Матсу Густафссону и The Thing.

The Thing

2010-10-15T08:12:00.000-07:00

11 декабря 2010 г.Запорожье, ДК Металлургов, начало 19.00

Творческое объединение ‘CREATIVE JAZZ FANS”
Представляет единственный концерт в Украине

Трио THE THING (Швеция-Норвегия)

Mats Gustafsson — baritone and slide saxophone
http://matsgus.com
Ingebright Haker Flaten — double bass
http://www.ingebrigtflaten.com
Paal Nilssen-Love — drums & percussion
http://www.paalnilssen-love.com

The Thing - джаз, но не такой, каким вы его знаете
Луис Паттисон, BBC Review

Одно из современных чудес авангардного джаза
Андрей Хенкин, All Abour Jazz

The Thing - группа, не нуждающаяся в представлении. Настоящий бренд скандинавского джаза, его молодое лицо. Это трио во многом помогло изменить устоявшийся стереотип о скандинавском джазе как о меланхолической, атмосферной и не очень ритмичной музыке. В свое время эти музыканты с настоящим юношеским задором взялись за дело и намешав фри-джазу да панк-року, устроили настоящий переполох на мировой джазовой сцене.

Трио было образовано в 2000 году уже опытным бойцом шведского фри-джазового фронта саксофонистом Матсом Густафссоном (Mats Gustafsson) и его двумя более молодыми норвежскими коллегами: басистом Ингебритом Хакером Флатеном (Ingebrigt Haker Flaten) и барабанщиком Полом Нильсен-Лавом (Paal Nilssen-Love). Команда начала как проект каверов легендарного корнетиста Дона Черри (Don Cherry). Впоследствии характерной чертой The Thing стало исполнение композиций рок-групп разных мастей. Хотя кроме них музыканты часто заимствуют материал и из сонгбуков фри-джазовых легенд, таких как Орнетт Коулмен (Ornett Coleman), Альберт Айлер (Albert Ayler), Френк Лоу (Frank Low).

Группа за свое существование записала более десяти альбомов. На этих альбомах, а также в выступлениях музыканты The Thing часто приглашают гостей, музыкантов чикагской фри-джазовой сцены (с которой трио имеет очень тесные связи) Кена Вандермарка (Ken Vandermark), Джо МакФи (Joe McPhee), Джеба Бишопа (Jeb Bishop) и известных авнгардистов Йошихиде Отомо (Otomo Yoshihede), Джима О‘Рурка (Jim O'Rourke), Торстона Мура (Thurston Moore).

Музыку коллектива тяжело вписать в какой-то жанровые рамки. И хотя к группе прилип ярлык «фри-джаз», часто их музыку называют гаражным роком, punk-jazz’ом, power jazz’ом, но, наверное, лучше всего музыку трио описывает словосочетание action jazz (оно же название одного из альбомов группы). Именно действие и движение, происходящим на сцене, отличает The Thing от множества других фри-джазовых коллективов. И хотя именно это действие иногда затрудняет адекватную передачу происходящего на сцене на студийных альбомах, украинские любители современного джаза и просто нестандартной музыки смогут насладиться трио во всей его красоте..

Матс Густафссон - одна из ключевых фигур фри-джазового движения в Швеции. В свое время Матс совершил настоящий переворот в подходе к своему инструменту. Его соло и дуэты со многими маститыми импровизаторами до сих пор остаются свежими и захватывающими. Не похожий ни на кого, его баритон с характерными перкуссивными нотками и визгами, запоминается с первых же секунд. Саксофон Матса Густаффсона дышит вместе с ним, в его руках он не просто музыкальный инструмент, это продолжение самого музыканта. Матс играл со многими фри-джазовыми и импровизационными музыкантами как европейской сцены (Evan Parker, Derek Bailey, Barry Guy, Peter Brotzmann, Gunter Christmann, Paul Lovens, Paul Lytton, Roger Rurner, Han Bennink, Thomas Lehn, Sven-Ake Johansson, Phil Minton, Misha Mengelberg, Agusti Fernandez ), так и американской (Joe McPhee, Hamid Drake, Michael Zerang, Ken Vandermark). А украинские наши любители фри-джаза имели возможность ближе познакомится с ним во время его выступления в составе трио Sonore во Львове в 2008 году.

Ингебрит Хакер Флатен обладает очень характерным агрессивным слепом, а его нелишенная привычного джазового свинга игра, добавляет изюминку к общему звучанию команды. В послужном списке записи и выступления с Эваном Паркером, Джо МакФи, Хаконом Корнстадом (Hakon Kornstad), Тони Малаби (Tony Malaby), Раулем Бьеркенхеймом (Raoul Bjorkenheim), nu jazz’овыми легендами Багги Вессельтофтом (Bugge Wesseltoft), Эйвиндом Аарсетом (Eivind Aarset). Также Ингебрит участник многих групп (из которых, пожалуй, наиболее заметные Atomic, School Days и Free Fall) и лидер собственного квинтета. Отдельно стоит отметить сольный альбом Флатена «Double Bass», на котором басист предстает в полной красоте и демонстрирует высочайшую технику владения инструментом.

Пола Нильсена-Лава по праву можно считать одним из наиболее интересных молодых европейских импровизационных барабанщиков. В его игре особенно хорошо чувствуется и роковый запал, и массивный натиск присущий легендарным фри-джазовым барабанщикам. Именно за такими барабанщики, сумевшими подхватить идеи и европейских, и американских свободных музыкантов, будущее. Пол Нильсен-Лав уже обладает довольно обширной дискографией, особо стоит отметить его соло работы, дуэты с Петером Брётцманном, Кеном Вандермарком, норвежским саксофонистом Фроде Гьерстедом (Frode Gjestad), работы в разнообразных составах Стена Сендела (Sten Sandell).

г.Запорожье, ДК Металлургов, начало 19.00

цена билетов 80,100,120 гр.

Справки по телефону (061) 213 – 75 – 50

моб. 096 346 24 58

Nguyên Lê: Celebrating Jimi Hendrix

2010-08-22T00:26:00.000-07:00

2 октября 2010
Творческое объединение “ CREATIVE JAZZ FANS”(г.Запорожье) представляет единственный концерт в Украине французского гитариста и композитора Нгуена Ле с джаз-роковым проектом “Celebrating Jimi Hendrix”

Nguyên Lê -гитара, электроника (Франция)
Linley Marthe - бас-гитара (Франция)
Francis Lassus -ударные,вокал (Франция)
Cathy Renoir - вокал (Франция)

Г. Запорожье, ДК Металлургов, начало 19.00
Справки по телефону (061) 213 – 75 – 50
моб. 096 346 24 58

“В музыке есть свои боги и свои мифические герои, и Джими Хендрикс является одним из них. Каждая из его нот до сих пор разжигает огонь в сердцах слушателей. Я играю его музыку с тем же уважением, как джазмен исполняющий стандарт, проникаясь ее духом и свободой. Овладевая его мифическими песнями, я стараюсь сделать их своими.

Давая новый голос Electric Ladyland, я стараюсь получить новый опыт.

Музыка не имеет конца. Однажды созданная, она принадлежит тем, кто живет ею… ”

Nguyên Lê

“Вдумчивый музыкант, наполненный тайной и всегда играющий со смыслом”

Telerama

“Нгуен Ле – талантливый, изобретательный музыкант, создавший абсолютно уникальное звучание инструмента, пополнивший ряды таких музыкантов как Билл Фриззел, Джон Скоуфилд, Марк Стерн и Алан Холдсуорт в пост-Хендриксовском мире джазовой гитары”

Билл Милковски (Bill Milkowski), Jazztimes

Родившийся в семье вьетнамских родителей, Нгуен Ле начал с игры на барабанах в 15 лет, после чего перешел на гитару и электрический бас. После получения образования в области изобразительного искусства, а затем и философии (диссертация, посвященная экзотицизму), он посвятил себя музыке, создав в 1983 году "ULTRAMARINE" многонациональную группу, чей альбом "DE", был назван лучшим альбомом в жанре World Music в 89 году журналом “Liberation”.
Нгуен Ле – музыкант-самоучка с широким кругом интересов: рок и фанк, джазовые стандарты и современный джаз, импровизационная музыка, песенная музыка, современная академическая музыка, этническая музыка (африканская, карибская, алжирская, индийская, турецкая, вьетнамская.

В сентябре 1987 Нгуен Ле был приглашен дирижером Антуаном Эрве (Antoine Herve) играть в O.N.J. (французский национальный джаз оркестр). В этом биг-бенде он играл с такими музыкантами как Джонни Гриффин (Johnny Griffin), Луи Склави (Louis Sclavis), Дидье Локвуд (Didier Lockwood), Карла Блей (Carla Bley), Стив Суаллоу (Steve Swallow), Ренди Брекер (Randy Brecker), Тутс Тилманс (Toots Thielemans), Кортни Пайн (Courtney Pine), Стив Лейси (Steve Lacy), Ди Ди Бриджуотер (Dee Dee Bridgewater), Гил Эванс (Gil Evans), Квинси Джонс (Quincy Jones). Также работа Нгуена Ле касается электронной музыки, эффектов, компьютеров, написание оркестровых работ (он выступил композитором и аранжировщиком композиций "PROCESSOR" на альбоме "O.N.J. 87" и "LUNIK II", аранжированной совместно с Домеником Борке (Dominique Borker) и сыгранной на O.N.J. 1989).

В сентябре 1989 года он записывает второй альбом ULTRAMARINE, а в мае 90го свой первый альбом в качестве лидера "MIRACLES", записанный в США с такими музыкантами как Арт Ланде (Art LANDE), Марк Джонсон (Marc JOHNSON), и Питер Эрскин (Peter ERSKINE). В то же время он работает с такими музыкантами, как Мишель Порталь (Michel Portal), Мирослав Витуш (Miroslav Vitous), Трилок Гурту (Trilok Gurtu), Дж. Ф. Дженни Кларк (J. F. Jenny Clarke), Альдо Романо (Aldo Romano), Даниель Хумеир (Daniel Humair), Дьюи Редман (Dewey Redman), Энди Эмле (Andy Emler), Джон Кристенсен (Jon Christensen), Нана Васконселос (Nana Vasconcelos), Гленн Феррис (Glenn Ferris), Кристоф Лауер (Christof Lauer), Паоло Фрезу (Paolo Fresu), Кенни Вилер (Kenny Wheeler), Джон Тейлор (John Taylor).

В мае 92 года после месячного тура с Полом МакКандлесом (Paul McCANDLESS) на духовых, Артом Ланде на фортепиано, Дином Джонсоном (Dean Johnson) на басу и Жоель Аллуш (Joel Allouche) на ударных, он записывает свой второй альбом «ZANZIBAR», который получает награду «ffff» от Telerama. В январе 93 года он записывает "INIT", трио с Андре Сесералли (Andre Ceccarelli), Франсуа Мутеном (Francois Moutin) и приглашенным гостем Бобом Бергом (Bob Berg), и в то же время создает новую группу для исполнения музыки Джимми Хендрикса вместе с вокалисткой Корин Куршелльяс (Corin Curschellas), барабанщиком Стивом Аргуельесом (Steve Arguelles), басистом Ришаром Бона (Richard Bona). Начиная с января 93 года он становится частым приглашенным солистом Кольнского WDR Big band, особенно у композитора и дирижера Винса Мендозы (Vince MENDOZA). Нгуен Ле играет на трех его проектах: "Jazzpana", "Sketches" вместе с Дейвом Либманом (Dave LIEBMAN), Чарли Мариано (Charlie MARIANO), Питером Эрскином; "Downtown" вместе с Расселом Ферранте (Russell Ferrante). В апреле 94 года он выступает приглашенным солистом в "The New Yorker", сиюте Боба Брукмейера (Bob BROOKMEYER) с басистом Дитером Ильгом (Dieter Ilg) и ударником Дени Готтлибом (Danny Gottlieb). С этими двумя музыкантами он создает свое второе трио и записывает "MILLION WAVES" в декабре 94 года. Telerama написала о его альбоме: "Это трио переносит его на музыкальные территории, которые до этого он не мог и представить. Абсолютная поэзия".

В это же время он играет в трио с басистом Мишелем Бенита (Michel Benita) и Питером Эрскином, записывается на альбоме Мишеля Порталя вместе с гитаристом Ральфом Таунером (Ralph Towner) и работает вместе с Орнеттом Колменом (Ornette COLEMAN) над одним из его проектов современной академической музыки - "Freedom Statue". Также он выступает вместе с Джоном МакЛафлиным (John McLaughlin), Мишелем Петручиани (Michel Petrucianni), Маркусом Штокхаузеном (Markus Stockhausen), Энрико Рава (Enrico Rava), Реем Андерсоном (Ray Anderson), Кенни Вилером, Джоном Тейлором, Дейвом Дагласом (Dave Douglas), Вольфгангом Пушингом (Wolfgang Pushnig), Ури Кейном (Uri Caine) и другими.

В апреле 96 года Нгуен Ле создает "Tales from Viet-Nam" – проект играющий вьетнамскую музыку, коллектив из восьми джазменов и традиционных музыкантов. Вместе с постановщиком П. Дж. Сан Бартоломе (P. J. San Bartolome) он начинает " Of the Moon & the Wind ", шоу, в котором традиционные и современные вьетнамские танцовщики объединяются с музыкантами "Tales from Viet-Nam". Их альбом получил отличные отзывы от международных критиков: награду «Diapason d'Or», премию “Choc of Year” журнала «Le Monde de la Musique», «второй лучший альбом 96 года» от JAZZTHING (Германия), “лучший альбом 96 года” – радио TRS 2 (Швейцария), "маленький шедевр" - JAZZTIMES (США).

В апреле 97 года Нгуен Ле выпускает свой пятый альбом "3 Trios" совместно с Марком Джонcоном, Питером Эрскином, Дитером Ильгом, Дени Готтлибом, Рено Гарсия Фонсом (Renaud Garcia Fons), Мино Синелу (Mino Cinelu). Журнал JAZZIZ в США пишет: «Иногда джазовая гитара может звучать спокойно. Но не в случает Н. Ле. Он разрывает границы, к нашему удовольствию». Он записывает два альбом с квартетом Паоло Фрезу «Angel» (февраль 98 года) и «Metamorfosi» (апрель 99 года). В мае 98 года выходит шестой альбом Нгуена Ле «Maghreb & Friends», исследование магребских музыкальных традиций и основательная совместная работа с алжирскими музыкантами. «Совсем не фальшивая world music. Н. Ле прикасается, с силой и интенсивностью, к самой сути» Ф. Мельдони (F. Medioni).

Нгуен продюсирует первый альбом Хуонга Танга (Huong Thanh), «Moon & Wind», посностью записанный на его студии. Также он номинируется на премию «Victoires de la Musique 1999». Его альбом «BAKIDA», записанный его трио с басистом Рено Гарсия Фонсом, перкуссионистом и барабанщиком Тин ди Джеральдо (Tino di Geraldo) и музыкантами со всего мира, такими как Кудси Ергюнер (Kudsi Erguner), Крис Поттер (Chris Potter), Карлос Бенавент (Carlos Benavent), был назван «лучшим джазовым альбомом года» испанским "CD Compact". ELB, новый альбом трио был записан на студии Rainbow в Осло вместе с Питером Эрскином и Мишелем Бениат. После этого Нгуен Ле выступал совметсно с группой Терри Лайн Керрингтон (Terri Lyne Carrington), Джерри Аллен (Geri Allen), Метом Гаррисоном и Гери Томасом (Matt Garrison & Gary Thomas), Марией Шнайдер (Maria Schneider).

В сентябре выходит второй альбом Хоунга Танга «Dragonfly». В июне 2002 года Metropole Orchestra (Голландия) приглашает Нгуена Ле сыграть свою музыку, саранжированную Винсом Мендозой. «Purple», альбом посвященный Джимми Хендриксу, выходит в сентябре 2002 года и занимает первую позицию в чартах английского журнала "Jazzwise". На сегодня это наиболее успешный альбом Нгуена Ле (продано более 20 500 копий альбома), с программой которого он не прекращают выступать. "Mangustao", третий альбом Хуонга Танга выходит в январе 2004 года и получает премию "Choc de la Musique" французского журнала "Le Monde de la Musique". В марте 2005 года у Нгуена Ле выходит новым альбом "Walking on the Tiger's Tail" совместно со старыми друзьями Артом Ланде, Полом МакКандлесом и Джейми Хаддадом (Jamey Haddad). “Вселенная, где совмещение акустического и электрического, ипровизационного и композиторского, внутренней элегантности и витруозной экспрессивности находят идеальный баланс”(Le Monde).

Несколько проектов было создано в 2006 году: музыка к фильму Ким Шапирон (Kim Chapiron) "Le Sheitan" с Винсеном Каасселем; «Homescape», очень электронная, импровизационная и мистическая запись с Паоло Фрезу и Дхафером Юсеффом (Dhafer Youssef), занявшая первое место в апрельских чартах 2006 года «Jazzwise»; музыка к вьетнамскому фильму Отелло Кхана (Othello Khanh) "Saigon Eclipse"; запись на альбоме "Mozart" Ури Кейна; 13 выступлений тура с квартетом "Tiger's Tail" благодаря гранту CMA/FACE; две «классических» композиции исполненные Ahn Trio на лос-анджелесском фестивале Laguna Beach Fest. Нгуен Ле единогласным решением был награжден премией "Django d'Or" в 2006 году.

В 2007 году, после туров в США и Китае, он выпускает "Fragile Beauty", четвертый альбом вместе с Хуонгом Тангом. «Альбом просто захватывает сердце с первой ноты и оставляет желание послушать еще после последней » (All That Jazz). В 2008 году он записывается на альбоме Ури Кейна "The Othello Syndrome", "Blauklang" Винса Мендозы и новаом альбоме ELB, «Dream Flight», с приглашенным саксофонистом Стефеном Гильомом (Stephane Guillaume). Новый альбом выходит в октябре 2009 года: SAIYUKI, азиатское трио с Миеко Миядзаки (Mieko Miyazaki – кото), Прабху Эдоуард (Prabhu Edouard - табла) и гостем Харипрасадом Чаурасиа (Hariprasad Chaurasia - флейта). Также Нгеун Ле – звуковой инженер и сопродюсер альбомов Дхафер Юссефа «Abu Nawas Rhapsody» и Селин Бонансина (Celine Bonacina) «Way of Life». «Signature Edition», двойной альбом, показывающий двадцатилетний путь мастера, был издан лейблом ACT в марте 2010 года. AllAboutJazz написал: «убедительные свидетельства артиста, чей голос изначально был абсолютно непохожим ни на кого другого». Нгуен Ли выступил прглашенным солистом в пятой симфонии Эррки Свена Тура (Erkki Sven Tuur) вместе с Бременским Филармоническим Оркестром. И второй раз Нгуен Ле получает грант CMA/FACE, который позволит его проекту «Saiyuki inviting Rudresh Mahanthappa» провеcти тур по США осенью 2010 года.

Репортаж о выступлении трио Чарльза Гейла

2010-03-12T11:10:00.000-08:00

С самого начала над концертом в Запорожье будто бы навис злой рок. Когда уже был свёрстан тур, трио (и все мы) лишились басиста Сироне (Sirone). Однако музыканты решили выполнить задуманное, посвятив тур памяти коллеги. Место Сироне занял давний коллега Чарльза Гейла (Charles Gayle) Джуини Бут (Juiny Booth), игравший со многими фри-джазовыми и боповыми музыкантами. Но уже в разгар самого тура, после трех отыгранных концертов, не выдержало здоровье легендарного Санни Мюррея (Sunny Murrey). Годы берут свое и теперь, скорее всего, Санни не сможет продолжать свою творческую деятельность, так что нам только остается наслаждаться записями этого великого музыканта. Вместо Санни в составе трио приехал английский барабанщик Роджер Тёрнер (Roger Turner), известный прежде всего любителям импрова и игравший с такими авторитетами английской сцены, как Фил Минтон (Phil Minton) и Джон Бутчер (John Butcher).

Словно появившийся ниоткуда, Чарльз Гейл в свое время стад одним из самых яростных голосов фри-джазовой сцены. Сейчас голос Гейла стал намного сдержанней и мелодичнее, в чем, собственно, и могла убедиться запорожская публика. Первое отделение концерта, более лиричное и более размеренное, - возможно именно оно адресовалось как посвящение, - вынесенное в заглавие тура - "In Memory of Sirone". Приятные мелодические линии Гейла, иногда срывающиеся в верхний регистр, хорошее ощущение партнера у Джуини Бута (явно ощущается немалый опыт совместных выступлений и записи). Очень органично вписался представитель немного другой импровизационной школы - Роджер Тёрнер. Особенно запомнилась вторая композиция первого отделения - баллада, исполненная под мягкий неровный звук смычка Джуини Бута, интересная ритмически, с непростым контрапунктом.

Второе отделение началось с полностью противоположного, чрезвычайно энергичного исполнения "Giant Steps" Джона Колтрейна (John Coltrane), которую Гейл часто исполняет и не единожды записывал. В этой версии особо интересно обыгрывалась гармония композиции, которая вроде бы и отходила на второй план в импровизации Гейла, но постоянно выказывала свое присутствие. Наверное, именно такие запутанности и нравятся любителям фри-джаза, как головоломки, на лету порождаемые саксофоном.

Во втором отделении Роджер Тёрнер гораздо больше применял привычные для себе приёмы нестандартного звукоизвлечения, больше используя возможности своих "препарированных" барабанных палочек, и дополнительных тарелочек во время своих продолжительных соло. Как ни странно, публика удостаивала эти современные "приемчики" бурными аплодисментами.

Но все же, главным героем второго отделения стал лидер. Большую часть времени он провел за роялем, играя совершенно нетипичную музыку (фри-блюз? есть ли такой термин?). Сначала Чарльз Гейл исполнил короткую композицию в стиле буги-вуги со всеми характерными атрибутами, шагающим басом и блюзовыми трелями, но после этого Гейл взялся за настоящую лирику. Две продолжительных композиции, завершающих концерт, исполненных почти соло - вдумчивые размышления, одновременно и напряженно диссонансные и чрезвычайно мелодичные с присущими блюзовыми мотивами.

Чарльз Гейл уже второй раз посетил Запорожье. Первый раз, осенью 2008 года, он играл с другими музыкантами: басистом Хиллирдом Грином (Hilliard Greene) и барабанщиком Клаусом Кугелем (Klaus Kugel). Этот же состав можно услышать на альбоме "Tenderness", записанном на польском Not Two Records. Те, кто был на выступлении Гейла полтора года назад, возможно, ожидали немного другой музыки. Тогда вместе с настоящим бомбандировщиком Кугелем и очень мощным Грином, Гейл играл жесткий фри, знакомый любителям Айлера и позднего Колтрейна. Но выступление-трибьют приоткрыло другую сторону Чарльза Гейла, - Чарльза Гейла-лирика. И, надо сказать, эта сторона просто прекрасна.

Александр Мартынов, для портала Уаджаз

Телерепортаж о выступлении трио.

Телерепортаж о выступлении трио Чарльза Гейла

2010-02-12T07:10:00.000-08:00

Телеканал AlexTV

Sunny Murray Trio 3-III-2010

2010-01-11T01:43:00.000-08:00

Trio "In Memory Of Sirone"

Charles Gayle (saxes, piano)
Sunny Murray (drums)
Juini Booth (bass)

Чарльз Гейл, Санни Мюррей, Джуини Бут. Знакомы ли эти имена любителям джаза? А любителям фри-джаза? Каждый из них уникален по-своему. Первый - в свое время полу-мифический уличный саксофонист, заново открытый для ценителей и знатоков фри-джаза уже в зрелом возрасте. Второй - легендарный барабанщик и главный архитектор того, что сегодня считается фри-джазовой барабанной школой. И третий - возможно известный только самым скрупулезно вычитывающим составы любимых записей любителям как фри-джазовой, так и боповой музыки. Это трио мастеров совсем скоро посетит нашу страну с единственным концертом, но обо все по порядку. Всего полгода назад проект объединил едва ли не самые лучшие силы "классического" фри-джаза. "Три легенды" - такое название получило это трио. И это абсолютно не преувеличение и не рекламный ход. Единственным отличием того состава было присутствие другого музыканта, другого контрабасиста – Сироне (Sirone). Сироне - это человек, который активно участвовал в бурные 60е в фри-джазовой жизни Нью-Йорка. Знаменитая ритм-секция в составе пианиста Дейва Баррелла (Dave Burrell), ударника Милфорда Грейвса (Milford Graves) и Сироне украсила одни из ярчайших записей эпохи, а записи легендарного трио Revolutionary Ensemble вместе с авангардным скрипачом Лероем Дженкинсом (Leroy Jenkins) до сих пор остаются одними из самых неожиданных и необычных. В общем, назовите любого известного музыканта тех славных дней и смело можно считать, что Сироне с ним играл.

 Но, к сожалению, трем легендам так и не удалась собраться вместе для тура. Прошлой осенью на 69 году жизни Сироне скончался. Тем не менее, Чарльз Гейл и Санни Мёррей, пополнив состав контрабасистом Джуни Бутом, решили не отменять тур, а посвятить его безвременно ушедшему товарищу.  Итак, "In Memory Of Sirone" - Tрио, которое знает, что такое фри-джаз. Многие уже могли оценить, что представляет собой неудержимый саксофон Чарльза Гейла на осеннем концерте в Запорожье в 2008 году. На этот раз ураган Гейла поддержит Санни Мюррей, человек перевернувший с ног на голову представление о том, что такое барабан в джазовом составе. Что ожидать от этого концерта? Вряд ли кто-то с большой точностью сможет ответить на этот вопрос. Но в чем точно можно быть уверенным, так это в том что то, что они устроят в Запорожском ДК "Металлургов", Украина еще не видела. Амстердам, Берлин, Краков, Париж, Брюссель, Вена и... Запорожье. Эти города смогут увидеть и почувствовать мощь трио Гейл-Мюррей-Бут. Не пропустите то, что смогут увидеть только в самых прославленных культурных центрах Европы!

Чарльз Гейл - бескомпромиссный музыкант, личность с нелегкой судьбой. Долгое время Чарльз Гейл провел на улицах Нью-Йорка, давая "концерты" в переулках и метро. В 80х музыканта буквально открыли заново, и обнаружили настоящего хранителя музыкального духа Альберта Айлера (Albert Ayler), музыканта играющего настолько же яростную и одновременно лирическую музыку, музыку, пропитанную блюзовой и госпельной традицией. Его альбом Touchin' on Trane с Вильямом Паркером (William Parker) и Рашидом Али (Rashied Ali) - это фри-джазовый манифест 90х, переосмысление наследия Колтрейна (John Coltrane) и Айлера и своеобразное путешествие в кипящий Нью-Йорк 60х. Хотя основной инструмент Гейл - саксофон, его первым инструментом было фортепиано, и до сих пор Чарльз время от времени на нем играет. Неповторимую манеру игры на фортепиано могли оценить и запорожцы на предыдущем концерте.

Санни Мюррей - символ фри-джазовой перкуссии, человек сумевший сделать барабан не просто метрономом, а равноправным участником музыкального процесса. Начиная с работы с великим пианистом Сисилом Тейлором (Cecil Taylor), он целиком отказывается от равномерного выстукивания по тарелочкам. Санни Мюррей активно изучает акустику, чтобы использовать эти знания для достижения своей цели - создание нового типа перкуссии, перкуссии текстур и слоев. Барабаны Санни Мюррея можно услышать на многих записях, начиная с 60х годов и заканчивая нашими днями. Многим он может быть известен, как участник легендарного трио Альберта Айлера вместе с контрабасистом Гери Пикоком (Gary Peacock), записавшего Spiritual Unity - альбом - веху в джазовой истории. Звук Санни Мюррея узнаваем с первых секунд. Пожалуй, нет больше барабанщика с настолько мощным звуком, и ни капли этой мощи он не растратил за всю свою более чем плодотворную карьеру. В его дискографии огромное количество интереснейших фри-джазовых проектов, а перечислять музыкантов, с которыми он сотрудничал - абсолютно бессмысленно, проще перечислить тех музыкантов, с которыми он не сотрудничал.

Джуини Бут - темная лошадка в данном составе. Это человек, который как сессионный и концертирующий музыкант играл просто с невообразимым количеством музыкантом. Джуни успешно выступал как в боповых, так и в фри-джазовых составах. Его можно было услышать как в составе Коулмана Хоукинса (Coleman Hawkins), так и в составе Аркестры Сан Ра (Sun Ra). Кому-то он может быть известен по одному из лучших составов Маккоя Тайнера (McCoy Tyner) 70х годов или Lifetime Тони Вильямса (Tony Williams), кому-то - по экспериментальной записи Ильхана Мимароглу (Ilhan Mimaroglu) с Фредди Хаббардом (Freddie Hubbard). Контрабас Джуни Бута занимает заметное место среди так называемых фри-боповых басистов, ни чем не уступая таким метрам, как Ричард Дейвис (Richard Davis) или Сисил МакБи (Cecil McBee). 

Интервью Санни Мюррея журналу Down Beat (1965) можно почитать здесь.

Интервью Санни Мюррея

2010-01-01T04:35:00.000-08:00

В преддверье концерта трио Чарльза Гейла, Джуни Бута, Санни Мюррея публикуем интервью Санни Мюррея журналу Down Beat, взятое в 1965 году Валери Вилмер.

- Проблема современных барабанщиков в том, что они абсолютно не понимают, чем занимается вся группа. И мне прискорбно об этом говорить, у них это выходит так, как если бы стиральную машину оставили включенной, не понимая, что стирка уже закончилась.
Джейм Марселлус Артур (Санни) Мюррей принимает нас в своей бруклинской квартире. Старейшина молодых талантливых перкуссионистов смотрит на собравшуюся компанию (включающую его двух маленьких детей) и выпивает чаю.
- Роль барабанщика стала важнее, но сегодня проблема барабанщиков в том, что они боятся быть сайдменами, - говорит он. - И, тем не менее, это их основная роль. Какими бы великими они не становились, как бы сильно они не играли, они вынуждены работать как часть ритм-секции и развивать именно эту сторону. Чаще всего они настолько этим заняты, что не обращают внимание на то, чтобы быть основой или силой всего коллектива.
Бывший сайдмен Сисила Тейлора и отец абсолютно новой школы барабанщиков возвращался к своей любимой теме: почему барабанщики сегодня не звучат, как их предшественники.
- Даже в свободе, - объясняет он, - должна быть определенная мера композиции. Я имею ввиду, если ты хочешь быть профессиональным музыкантом. Если ты просто аматер, ты пытаешься сделать все, что в твоих силах, и это понятно. Но если ты работаешь с лучшими музыкантами, ты обязан быть сайдменом, но созидающим сайдменом.
Чтобы не сдерживать все то креативное, что может проявиться в его экспериментах, Мюррей старается втиснуться в эту роль каждый раз, когда он выступает. Новое направление для перкуссионистов, по его словам, - это контролируемая свобода.
- Полную свободу можно получить от любого прохожего на улице, - говорит он и улыбается. - Дай им двадцать баксов и, скорее всего, они сделают что-то довольно свободное.
Барабанщик, напоминающий борца-тяжеловеса, родился 29 лет назад недалеко от индейской резервации в Идабеле, штат Оклахома. Истинный великан, награжденный подходящим агрессивным чувством юмора, он считает свое настоящее имя "катастрофой" и обзавелся прозвищем Санни еще с тех времен, когда начал искать свой путь в музыке. В его семье не было недостатка в музыкальности - его мать пела и танцевала, сестра пела с Редом Прайсоком, а старший брат Джон некоторое время был вторым ударником у Лайонела Хемптона. И так, по переезду семьи в Филадельфию, он сделал свои первые пробы на барабанной установке. Ему было девять. Через шесть лет он временно переключился на трубу и тромбон, но его попытку не очень хорошо приняли.
- То, что я играл все считали бессмыслицей, - вспоминает он. - Но это было чем-то похоже на то, как все сегодня играют - что-то похожее на Донни Айлера, свободно и раскрепощенно. А большинство моих товарищей очень сильно были преданны технике прошлых лет.
Музыкальное становление Мюррея было относительно неформальным до того времени, как он перебрался в Нью-Йорк в 1956 году. Скоро он уже играл с такими людьми, как альтоист Джеки МакЛин, трубач Тед Кёрсон, тенорист Роки Бойд, и в то же время провел два года изучая перкуссию и строевые ударные. Но до тех пор, пока он не встретил Сисила Тейлора, настоящий Санни Мюррей не заявил о себе. Это был 1959 год, и как вспоминает барабанщик, на шесть лет все остальное стерлось из его головы.
Как только его стали идентифицировать как "чувака, которые наяривает на барабанах у Сисила" - его услугах редко оказались невостребованными. Ему не давали возможности проявить себя.
- Никто не хотел давать мне шанс, - вспоминает он. - Сейчас Сисила очень любят, но тогда он был абсолютный изгоем. Совсем немного людей приходило в клуб, где мы играли, и даже из них половина половина сразу же разворачивалась и уходила.
- У Сисила мне пришлось основать абсолютно новое направление в барабанах, так как он тогда играл по-другому. Он не играл настолько ритмично. Его первый по-настоящему ритмичный альбом был The World Of Cecil Taylor, который я записал с ним играя на установке и тимпани. Но до этого мне пришлось хорошо потрудиться. Я был очень прилежным молодым барабанщиком, и меня всегда хорошо принимали, даже когда я играл в непривычных метрах таких как 12/8 и 9/4, и также принимали и то, что мог заходить в еще большие дебри.
Переломный момент для Мюррея наступил, когда он впервые услышал Элвина Джонза и понял, что он и Джонз были единственными людьми, использующими абсолютно новые трюки. Он незамедлительно решил, что должен отличаться от Джонза.
- Я понял, что больше не могу так играть, и где-то лет пять ни один из барабанщиков терпеть меня не мог, - говорит он. - Меня не понимали примерно до того времени, как мы с Сисилом уехали в Европу в 1963 году. Тогда несколько барабанщиков начинали играть свободно, а когда я вернулся было примерно четверо, кто окончательно решил развивать мою линию. С тех пор, по моим прикидкам, их появилось примерно двести пятьдесят тысяч, - шутит он.
Барабанщик считает, что его ритмическая роль поспособствовала восприятию музыки пианиста, как и в случае с Альбертом Айлером. Мюррей время от времени работает с тенористом Айлером в течение последних двух лет, но изначально они познакомились в Швеции. Мюррей помнит встречу:
- Никто не давал ему работу, у него начинала проявляться депрессия, и когда он пришел послушать группу Сисила, он начал кричать: "Наконец я нашел кого-то, с кем я могу играть! Пожалуйста, дайте мне играть!" И мы спросили, кто этот чувак? Я никогда не видел его раньше, но позже Сисил взял его в группу, и мы были вместе примерно пять месяцев.
- Когда мы вернулись домой в Америку, я привел его и познакомил со всеми людьми и - бум! Как ракета... и он постоянно на виду с того времени. Я всегда играл роль в жизнях других людей. Моя музыка всегда была такая сильная, даже когда я был моложе, и для мене всегда было важно сотрудничество.
Мюррей, который кажется одержим идеей силы и интенсивности в музыке, значительное время посвятил изучению акустики и того, как она может быть применена для того, чтобы увековечить его собственную игру. Он говорит, что новая музыка (он всей душой не переносит термин "авангард" - "термин становится декадентским") достигла определенного уровня интенсивности, и что он единственный барабанщик обладающий достаточным знанием, чтобы прорвать этот барьер.
Приравнивая музыкальную энергию передаваемую средним человеком к мощности стоваттной лампочки и свою собственную к мощности пятсотваттной, он заявляет:
- Все, что я делаю, более-менее получается естественно. Все, что у меня получается естественно - это отображение моего образа жизни. Поэтому мои занятия только лишь в определенной мере избавляют меня от технического однообразия. Я всегда нахожу новое интригующим и сейчас я нахожусь в такой точке, когда моя группа собирается вместе, и я знаю, что они не будут звучать как прошлый раз.
Из-за того что звук сам по себе - это одна из отличительных черт новой музыки, Мюррей рассматривает барабаны в том виде, как мы их знаем, практическими устаревшими.
- У них есть только определенный тон и это все, что можно играть, - говорит он. - Они не могут держать ноту, а музыка становиться все более выдержанной, звенящей, она идет дальше ритмов. Кроме того, больше ничего нельзя сделать - хоть трощи бас бочку и разламывай тарелку. В них больше ничего нет, достигается грань немузыкальной музыки - она за пределами устоявшихся октав и чего-то подобного. И я на протяжении последних шести лет работал над установкой, которая будет акустической установкой. Она еще не закончена, но у нее уже есть удерживаемая вибрация против бита, которая сможет удовлетворить этим условиям. Она будет ближе к человеческому голосу в напевании и крике, и смехе, и плаче.
- Бум-бум-бум том-томов закончилось, это было почти как звучащее "спешите, вам нужно прийти на работу вовремя". Времена меняются, и все уже давно не так. Я знаю сотни людей с дипломами, которые не могут найти работу, и они до сих пор спят в своих кроватях, так что в этом нет никакого смысла. Большинство музыкантов - молодые люди, которые чувствуют то же, что и я, и поэтому они бунтуют.
Реалистичный звук, согласно Мюррею, сейчас самая актуальная.
- Я работаю над естественными звуками, а не стремлюсь воспроизвести звучание барабанов, - говорит он. - Иногда я пытаюсь звучать как автомобильный мотор или как продолжающийся шум бьющегося стекла.
Эфеекты такого типа иногда оказываются чем-то сверх тяжелым для младших, менее опытных музыкантов.
- Одно время мне казалось, что я был судьей в каком-то смысле, - заявляет барабанщик. - Если музыканты могли выдержать игру со мной, они могли быть спокойны. Я думаю, это как с Блейки в 1949. Если ты мог выдержать с ним, ты мог играть с кем угодно.
Мюррей сворачивает свои мощные плечи и пронзает воздух рукой с сигаретой.
- У меня столько силы, что я часто уничтожаю что-то, что уже сформировалось как новое и креативное, - заявляет он. - Тяжело собрать группу с новыми музыкантами, которые сейчас повсюду в Нью-Йорке. Я посылал в Вашингтон за музыкантами, устраивал прослушивания, но никто не проходил, потому что люди обычно ожидают ощущение барабанов, и они по-настоящему не готовы к тому, что я делаю.
Скажем, есть молодой авангардный артист в городе, и он сыграл где-то с пятью авангардными барабанщиками, и поэтому чувствует себя очень уверенно. Но когда доходит до игры со мной, он больше не слышит себя, потому что мое знание естественного звука и музыки позволяет мне делать за секунду в два раза больше, чем он. И, в конце концов, он или полностью физически выдыхается или выдыхается креативно. Когда это заканчивается, он понимает, что он в совершенно другом состоянии, ему приходится работать не просто со звуком барабана, а с столкновением машин, извержением вулкана, молнии в небе. Он никогда не представлял себя закрытого в комнате играя против таких звуков.
Мюррей, как и большинство ново-джазовых музыкантов работает, нечасто. Прошлым летом, тем не менее, ему удалось организовать поездку в Баффало, штат Нью-йорк. Это было ядро музыкантов, способных выстоять яростные звуки за барабанной установкой, включающее кливлендского тенор-саксофониста Френка Райта, алжирского трубача Жака Курселя, альтоиста Бьярда Ланкастера, виолончелиста Джоеля Фридмана и басистов Генри Граймза и Алана Силву.
Этот состав записался недавно, но Мюррей признает, что начал разочаровываться в большинстве современников.
- Я постоянно бываю повсюду в Нью-Йорке и всех их слушаю, - говорит он. - Но некоторые чуваки, у которых есть альбомы, даже не могут читать ноты. Когда ты выбрал карьеру музыканта, не важно как далеко ты уходишь от традиции и как ровно ты держишь ритм, они могут служить наброском. Я не могу сказать такого о Сисиле или Альбрете или даже о Арчи Шеппе, потому что они знают свою музыку очень хорошо, но лишь у немногих из молодых есть ощущение корней. И уверенность среднего молодого музыканта ниже плинтуса.
Мюррей говорит, что он ощущает, что слишком много музыкантов стремиться игнорировать главную причину для чего исполняется музыка - а именно, чтобы дойти до людей.
- Я развлекаю, - настаивает он. И, на самом деле, ему не нужно ничего более, чем быть Джимми Смитом или Херби Манном "новой музыки". Он говорит, что тяжело достучаться до аудтории с чем-то новым, если эмоциональное содержание минимально и это обычно происходит, он объясняет, из-за недостатка контроля в самой группе. Он сравнивает это с лодкой.
- Есть рулевой и чувак, который закидывает уголь, но любой может быть капитаном. Когда музыканты забывают об этом, тогда общее объединение звука не может быть развлекающим. Это как маленькая личная битва, все пытаются съесть друг друга и слишком много конкуренции внутри самой группы.
Барабанщик смеется:
- Сейчас можно найти басиста, пытающегося играть как барабанщик, и трубы, пытающиеся звучать как бас, - говорит он. - Ни один из них не поможет навести мост с публикой и помочь ей понять, что происходит. И это то, чего нам не хватает. Если некоторое время мы не можем этого получить, после этого обнаруживаешь, что некоторые группы просто исчезают.
Мюррей гасит сигарету и начинает готовиться к утренней прогулке. В разговоре с настолько уверенным в себе барабанщике может скласться впечатление, что будущее новой музыки поручено лишь ему, он просто пойдет и построит этот мост голыми руками. Но никому не под силу поставить весь мир на уши, так что пока, судя по всему, нужно немного подождать появления плеяды чутких новаторов, готовых взяться за балки, кирпичи, раствор и краски. И собравшись вместе, вполне может оказаться, что Санни Мюррей окажется их прорабом.

Опубликовано 23 марта 1965 года.

Эта музыка уже есть

2009-09-21T01:00:00.001-07:00

Один из участников Ken Vandermark Resonance Project — львовянин Марк Токарь. Он играл в Запорожье и с Кеном Вандермарком, и с Пятрасом Вишняускасом, и с Юрием Яремчуком. Марк не только музыкант и один из участников львовской формации Дзыга Джаз Квинтет, он был арт-директором украинско-польского фестиваля Jazz Bez, организатором серии филармонических концертов Метро Джаз во Львове, и так далее, и так далее.
В общем, Токарь, кроме всего прочего, неустанно пропагандирует импровизационную музыку в Украине. А поскольку его экспрессивная манера игры на контрабасе особенно полюбилась джазовой общественности города, журналист Инга Борисова не упустила возможности поговорить с музыкантом после концерта.
К концу беседы послушать Токаря подошли не только восторженные зрители-слушатели, но и поэтесса Любовь
Якимчук, с которой Марк уже некоторое время ведет музыкально-поэтический диалог про Жінку, дим і небезпечні предмети.

Марк, вы довольны тем, как прошел концерт?
Ну, это не у меня нужно спрашивать, а у публики. Я доволен!

Публика, судя по всему, счастлива.
И я счастлив!

Где пройдут следующие концерты?
У нас еще остались два концерта нашего тура – в Торусе и в Гданьске в Польше.
Сегодня был пятый концерт, а примерно с третьего у меня появилось ощущение, что уже никто особенно не задумывается о материале, пошел просто такой драйв. И каждый концерт все выше по энергии.

Значит, самый лучший будет в Гданьске, напоследок?
Марек (Марек Венярский, директор легендарного краковского клуба Алхимия, вдохновитель и пропагандист заметнейших джазовых событий Восточной Европы – Прим. ред.) два последних концерта будет записывать, и что там будет реализовано, уже решит Кен. Или они коллегиально с Марком.

Сколько лет вы уже работаете с Вандермарком?
Первый наш совместный концерт состоялся в 2007-м, первая сессия этого проекта была 19 ноября 2007-го. Но, конечно, я знал его и раньше, по Vandermark 5, несколько раз играл с ним на джемсейшнах во Львове. Мы знакомы с 2005-го.

По-вашему, что происходит с импровизационной музыкой в Украине? Этот процесс – развитие какое-нибудь ощущается?
Безусловно, только так. Иначе бы все это не имело смысла. Есть развитие. Мы очень долгое время в Украине были белыми воронами. И, конечно, нужно благодарить Польшу, польских музыкантов, потому что в Кракове, в клубе Алхимия, мы познакомились с очень многими людьми, разными музыкантами, и благодаря совместным проектам все это обрело смысл, кажется, что все правильно, мы на правильном пути… Ну, может быть, эту музыку еще нельзя назвать популярной, но она уже – есть. Уже приезжают музыканты такого уровня, уже нас слушают – то, что пару лет назад было просто тяжело себе представить.

А ведь у нас в Запорожье был полный зал и несколько лет назад тоже…
Я счастлив. Запорожье – особенный какой-то город. Но я должен сказать, что и во Львове мы собираем хорошие залы.

Во Львове вы и почву готовили много лет.
Да, конечно, в этом году фестиваль Jazz Bez пройдет во Львове в десятый, кажется, раз. И кроме фестиваля, много чего происходит. Можно сказать о том, что есть какая-то традиция в моем городе.

Марк, а параллельно этому концертному туру с Вандермарком вы чем занимаетесь? Есть у вас собственные проекты?
С этого года я начал музыкальные проекты с визуализацией, работаю с художниками. И, кроме этого, мы сотрудничаем с поэтессой Любовью Якимчук. Вся музыкальная сторона – на мне, а слово – за ней. Давно хотел что-то сделать с украинской поэзией, и все так удачно сложилось.

Инга Борисова ("Афиша")

Как жаль, что вас не было с нами

2009-09-21T01:00:00.000-07:00

Creative jazz fans и Инвек привезли в Запорожье легендарный фри-джазовый Ken Vandermark Resonance Project.

В этот день, 27 октября, в Запорожье приехали поклонники джаза из Киева, Харькова, Днепропетровска, Львова. В ДК Металлургов яблоку было негде упасть.
Многолюдно было и на сцене, потому что в рамках Resonance Project один из крупнейших джазовых музыкантов современности, композитор и импровизатор Кен Вандермарк собрал 10 музыкантов из США, Швеции, Польши, Украины. Каждый из них известен в своей стране и за ее пределами, у каждого собственные проекты и планы, своя история, и всех их старинной традицией свинговых биг-бендов объединили Вандермарк и общая работа в легендарном краковском клубе Алхимия.
Запорожская публика, к счастью, уже знакома с небольшими фри-джазовыми составами – да к нам и Вандермарк не в первый раз приезжает, у нас и Вишняускас был! Однако Ken Vandermark Resonance Project показал, что такое невероятные возможности большого импровизационного ансамбля: “необычная духовая секция (два саксофона, два кларнета, тромбон и туба), сдвоенный ударный центр Дейзи – Зеранг и фактически сдвоенный басовый – Холмландер – Токарь позволила коллективу создать неповторимую насыщенность звука”.
Что сказать о концерте? Звуки, выдуваемые и извлекаемые на глазах зрителей в процессе тяжелой и радостной физической работы, выстраивались в неназываемый мистический порядок. Обнажилась сама природа музыки – до того, как стать пошлым развлечением, она была мостом между этим миром и тем, миром духов.
Импровизировали мощные музыканты, вступающие друг с другом в страстные беседы, – эффект, который, несомненно, зафиксировал бесстрастный фотоаппарат, возник потрясающий: пространство пульсировало и мерцало, пронизанное колоссальной энергией. А над самим Вандермарком, над раскаленным баритон-саксофоном в его руках дрожал сам воздух – как марево летним днем.
Остается только вместе с львовянином Марком Токарем, тоже хорошо знакомым запорожцам, порадоваться тому, что у импровизационной музыки в Украине есть будущее. А уж Запорожье, по мнению Токаря, город и вовсе необыкновенный: именно здесь прошел единственный в Украине концерт нового проекта Кена Вандермарка в рамках европейского тура-2009.

Инга Борисова ("Афиша")

Ken Vandermark Resonance Project 27-X-2009

2009-09-21T00:47:00.000-07:00

Творческое объединение Creative Jazz Fans представляет 27 октября в г. Запорожье (д/к Металлургов, 19:00) в рамках Европейского тура 2009 единственный в Украине концерт международного джазового проекта Ken Vandermark "Resonance Project".

Состав музыкантов
Ken Vandermark: reeds (USA)
Dave Rempis: saxophones (USA)
Steve Swell: trombone (USA)
Tim Daisy: drums (USA)
Michael Zerang: percussion (USA)
Mark Tokar: bass (Ukraine)
Waclaw Zimpel: reeds (Poland)
Mikolaj Trzaska: reeds (Poland)
Per-Ake Holmlander: tuba (Sweden)
Magnus Broo: trumpet (Sweden)

Справки по тел. +38 (0612) 137550
Моб. +38 (096) 3462458

Resonance — один из последних проектов известного американского импровизатора Кена Вандермарка. Этот состав объединил в себе силы американской, скандинавской и восточно-европейской новоджазовой музыки (США, Швеция, Польша, Украина). Коллектив использует разные стилистики — фри-джаз и свободную импровизацию. В арранжировках и темах можно проследить как влияние традиционных свинговых биг-бендов, так и больших импровизиционных оркестров авангардного джаза. Необычная духовая секция (два саксофона, два кларнета, тромбон и туба), сдвоенный ударный центр Дейзи-Зеранг и фактически сдвоенный басовый — Холмландер-Токар — позволила коллективу создать неповторимую насыщенность звука и расширить возможности по сравнению с традиционными маленькими фри-джазовыми составами.
Resonance — детище Кена Вандермарка. Используя опыт, который он получил, пребывая в таких коллективах как NRG Ensemble легендерного барабанщика Хела Рассела (Hal Russell), в тентете Петера Брёцмана (Peter Brötzmann Chicago Tentet), а также собственном Territory Band'е, именно Кен Вандермарк выступил композитором и аранжировщиком, а также организатором двухнедельной сессии в Кракове, на которой музыканты репетировали, разбирали новый материал, а потом представляли его на суд публики в легендарном краковском клубе Alchemia. Завершающей точкой этой сессии стало выступление тентета на фестивале «Джаз Без» во Львове в ноябре 2007 года. Именно этот концерт воплотился в пока единственный виниловый альбом на именитом польском лейбле Not Two Records.

Но вот уже осенью 2009 года тот же лейбл выпускает 10-дисковый комплект записей репетиций и выступлений коллектива, сделанных за эти краковские две недели. В поддержку этого релиза с небольшой заменой (место Юрия Яремчука занял молодой польский кларнетист Вацлав Зимпель) Resonance Project Кена Вандермарка организовал европейский тур. Единственной остановкой коллектива в Украине будет Запорожье, где Resonance Project выступит 27 октября в д/к Металлургов.

Мощный звук большого состава, нестандартные аранжировки, великолепные солисты — это и есть Resonance Project.

Кен Вандермарк (Ken Vandermark) — выдающийся американский саксофонист и кларнетист, один из немногих джазовых музыкантов — лауреатов Премии МакАртура (часто называемой Премией гениев). Кен Вандермарк — лидер, вдохновитель и участник множества проектов, среди которых Vandermark 5, Territory Band, DKV Trio, FME, Spaceways Inc., Sonore, AALY, School Days, Free Fall, Peter Brötzmann Chicago Tentet, и множества других. Известен своей активностью как в родном Чикаго, так и в Европе (в частности — и в нашей стране).
http://kenvandermark.com/
http://myspace.com/kenvandermark

Дейв Ремпис (Dave Rempis) — талантливый чикагский саксофонист, широкую известность получил благодаря участию в Vandermark 5. Также является лидером собственных проектов Triage, Dave Rempis Quartet, Engines, Rempis Percussion Quartet, давно и активно сотрудничает с барабанщиком Тимом Дейзи. Выступал с Полом Литтоном (Paul Lytton), Акселем Дёрнером (Axel Dorner), Хеймидом Дрейком (Hamid Drake), Джо Моррисом (Joe Morris), Фредом Лонбергом-Холмом (Fred Lonberg-Holm), Джимом Бейкером (Jim Baker), Полом Нильсеном-Лавом (Paal Nilssen-Love).
http://daverempis.com/

Миколай Тршаска (Mikolaj Trzaska) — польский фри-джазовый саксофонист и кларнетист, один из наиболее известных представителей польской фри-джазовой школы. Участник множества групп и проектов, выступал с Лестером Боуи (Lester Bowie), Петером Брёцманном (Peter Brötzmann), Томашем Станько (Tomas Stanko), Лешеком Моджером (Lesek Mozdzer), Джоном Чикаем (John Tchicai), Петером Фрисом Нельсеном (Peter Friis Nielsen), Петером Уускюлой (Peeter Uuskyla), Петером Оле Йоргенсоном (Peter Ole Joergensen).
http://myspace.com/mikolajtrzaska

Вацлав Зимпель (Waclaw Zimpel) — перспективный молодой польский кларнетист. Получил образование по классу классического кларнета в Польше и Германии. Известен западно-украинской публике по выступлениям с Марком Токарем. Также выступал с Кеном Вандермарком, немецким кларнетистом Тео Йоргенсманном (Theo Jorgensmann), Миколаем Тршаской (Mikolaj Trzaska). Диск Зимпеля Four Walls польским ресурсом Diapazon назван альбомом 2008 года.
http://myspace.com/zimpelwaclaw

Стив Свелл (Steve Swell) — известный американский тромбонист. Начинал карьеру играя в ритм энд блюзовых коллективах, танцевальных бендах, на бродвейских постановках, а также в биг-бендах (в том числе у Лайонела Хемптона и Бадди Ричча). Впоследствии сконцентрировался на свободной музыке, играл с такими музыкантами, как Кен Макинтайр (Ken McIntyre), Энтони Брекстон (Anthony Braxton), Бутч Моррис (Butch Morris), Билл Диксон (Bill Dixon), Сисил Тейлор (Cecil Taylor), Алан Силва (Alan Silva), Херб Робертсон (Herb Robertson), Роб Мазурек (Rob Mazurek), Тим Берн (Tim Byrne), Джон Зорн (John Zorn), Перри Робинсон (Perry Robinson), Вилльям Паркер (William Parker), Хеймид Дрейк (Hamid Drake), Купер-Мур (Cooper-Moore), Джемил Мундок (Jemeel Moondoc), Сабир Матин (Sabir Mateen), Эллери Эскелин (Ellery Eskelin). Является одним из наиболее востребованных фри-джазовых тромбонистов. В 2008 году Ассоциацией Джазовых Журналистов (JJA) номинировался на звание лучшего тромбониста года.
http://steveswell.com/

Магнус Бру (Magnus Broo) — шведский трубач, один из лидеров знаменитой шведско-норвежской группы Atomic, участник проекта 4 Corners, Peter Brötzmann Chicago Tentet, лидер собственного квартета. Работает на стыке современного джаза и фри-джаза, прекрасно ориентируется в американской боповой и фри-джазовой традиции.
http://myspace.com/magnusbroo

Пер-Аке Холмландер (Per-Ake Holmlander) — шведский фри-джазовый тубист. Играл в Peter Brötzmann Chicago Tentet, New Orchestra Барри Гая (Barry Guy), выступал с Эваном Перкером (Evan Parker), Матсом Густаффсоном (Mats Gustafsson), Йоханнесом Бауером (Johannes Bauer), Джо МакФи (Joe McPhee), Джебом Бишопом (Jeb Bishop), Акселем Дёрнером (Axel Dorner), Фредриком Лундквистом (Fredrik Ljungqvist), Кйеллом Нордесоном (Kjell Nordeson).

Марк Токар — известный украинский контрабасист, ведет активную концертную деятельность как в Украине, так и за ее пределами. Выступал совместно с Юрием Яремчуком, Клаусом Кугелем (Klaus Kugel), Кеном Вандермарком, Пятрасом Вишняускасом (Petras Vysniauskas), Вацлавом Зимпелем, Миколаем Тршаской, Бобби Фью (Bobby Few), Робертой Пикет (Roberta Piket), Дейвом Ремпизом (Dave Rempis), Тимом Дейси (Tim Daisy).
http://marktokar.info/

Тим Дейcи (Tim Daisy) — чикагский барабанщик, участник Vandermark 5, лидер собственных проектов Vox Arcana, New Fracture Quartet, The Tim Daisy Ensemble, Falling Sky Quartet, Dragons 1976, выступает в формате саксофонно-барабанного дуета с Кеном Вандермарком. Также выступал вместе с Петером Брёцманном, Фредом Андерсоном (Fred Anderson), Джо МакФи, Ингебритом Хакером Флатеном (Ingebrigh Haker Flaten), Полом Нильсеном-Ловом, Робом Брауном (Rob Brown), Джебом Бишопом (Jeb Bishop), Кайлом Брукманом (Kyle Bruckmann).
http://myspace.com/timdaisy

Майкл Зеранг (Michael Zerang) — чикагский импровизатор-барабанщик. Кроме музыки активно интересуется и другими областями современного искусства, занимается преподавательской деятельностью. Выступал с Джоном Бутчером (John Butcher), Петером Брёцманом, Кеном Вандермарком, Акселем Дёрнером, Стеном Сенделлом (Stan Sendell), Матсом Густафссоном (Mats Gustafsson), Хеймидом Дрейком (Hamid Drake).
http://myspace.com/michaelzerang

Пресса:
Инга Борисова. Как жаль, что вас не было с нами
Инга Борисова. Эта музыка уже есть

Jamaladeen Tacuma: Coltrane Configurations 17-IV-2009

2009-03-24T12:28:00.000-07:00

«Мое видение Колтрейна»

Джон Колтрейн — прекрасный пример музыкального артиста, которому всегда было не достаточно быть только музыкантом. Конечно, он был превосходным композитором, написавшим одни из самых сложных и интересных музыкальных произведений, которые только существуют на нашей планете. Я счастлив и горжусь тем, что являюсь частью филадельфийского наследия музыкантов, которые здесь жили, творили, давали концерты и умерли в этом так называемом городе Братской любви. «Мое видение Колтрейна» — это проект, который, как я надеюсь, отразит традиции и дух музыки Джона. Это всегда большая честь иметь возможность отдать дань уважения и почтения одному из музыкальных гигантов и одухотворенному человеческому существу. Колтрейн для меня — совершенство.
(Джамаледин Такума, июль 2008)

Не знающее усталости творческое объединение Creative Jazz Fans представляет первый на пост-советском пространстве и единственный в Украине концерт американского джазового квартета под управлением Джамаледина Такумы с программой Coltrane Configurations. Концерт состоится 17 апреля 2009 в г. Запорожье (ДК Металлургов, начало в 19:00).

Вот уже сорок лет после смерти Джона Колтрейна переосмысливается наследие великого саксофониста. Многие музыканты обращаются к зерну любви и одухотворенности, заложенному в его музыке. Проект Coltrane Configurations — обращение к композиторской стороне Джона Колтрейна. Но квартет под лидерством Джамаледина Такумы никоим образом не является калькой классического квартета. Кроме неповторимого звука бас-гитары Такумы на репертуаре (а в сонг-бук группы вошли A Love Supreme, Giant Steps, Impressions, Naima и многие другие) отразился тот путь, который прошел Джамаледин, участвуя в разнообразнейших музыкальных формациях. Сам он говорит так: «Мое видение Колтрейна — это проект, который, как я надеюсь, отразит традиции и дух его музыки».

Джамаледин Такума — американский бас-гитарист, один из ярчайших представителей фри-фанка, направления, в равной мере совместившего влияния Джеймса Брауна, Джорджа Клинтона и Орнетта Колмана. Начиная с первых же записей середины 70-х годов, Джамаледин выработал характерный узнаваемый стиль игры на бас-гитаре. Профессиональную карьеру он начал еще в юношестве, играя в ансамбле известного джаз-фанкового органиста Чарльза Эрланда, а широкую известность приобрел во время участия в группе Prime Time Орнетта Колмана. Список музыкантов, с которыми успел сыграть Джамаледин, выглядит поистине внушающе: Орнетт Колман, Фэроу Сандерс, Джулиус Хемфил, Карлос Сантана, Марк Рибо, Уолт Дикерсон, Энтони Дейвис, Дэвид Мюррей, Джеймс Картер, Джеймс «Блад» Алмер, Дж. Калвин Вестон, Энтони Колман, Один Поуп... Кроме джаза, в творчестве Такумы присутствуют элементы фанка и рока, он не стесняется экспериментировать с электронным звучанием, сотрудничать с «не-джазовыми» музыкантами, в его послужном списке можно найти записи и с корифеем свободной импровизации Дереком Бейли, и с рэперами The Roots.

В проекте Coltrane Configurations принимают участие британский саксофонист африканского происхождения Тони Кофи, выпускник Беркли и участник World Saxophone Quartet с 2007 года; талантливый молодой пианист Оррин Эванс, ученик Кенни Баррона, а также лидер собственного трио, засветившийся в составе саксофониста Бобби Уотсона; энергичный барабанщик Тим Хатсон, игравший со многими джазовыми и соул-музыкантами.

По поводу приобретения билетов и дополнительной информации обращаться по телефону: 8 (061) 213-75-50

Репортаж с портала AllAboutJazz:
The most touching moment of the night (and the closest to the spirit of Coltrane's music) was bluesy Tacuma's soloing on "Equinox," combining elongated reverberated notes with his crispy funky licks. Kofi's solo, even more bluesy and lyrical, suggested that he possessed not only immense technical skills but a flair for the dramatic.

John Coltrane resides in the pantheon of most, if not all, jazz lovers. Both fans of post-bop harmonies and free-jazzers appreciate his contribution to music. Many of his compositions became standards that have been played again and again by his many admirers. But few would approach Coltrane's tunes in the funky manner of Jamaaladeen Tacuma, who confesses that his main influences were The Temptations and James Brown. Yet the prominent bass player started out his new European tour with a project entitled "Coltrane Configurations." First stop on the tour map was an April 17 date in the industrial Ukrainian city of Zaporizhzhia, where a group of local enthusiasts, known as "Creative Jazz Fans," arrange performances by top-notch artists on a continual basis.

Coltrane Configurations is a quartet comprising the bassist-leader himself, British saxophonist Tony Kofi, Japanese pianist and keyboard player Yoichi Uzeki (original Configurations' pianist Orrin Evans became victim of a minor accident and was replaced), and American drummer Tim Hutson.

Tacuma, known for his liberal musical approach, brought the same eclecticism into John Coltrane's music. In his quartet's renditions, Coltrane is not the familiar impassioned preacher; he is rather a frolicking, playful and youthful lad, forever eager to explore the world around him. Played with a tight groove, Trane's tunes provoked the involuntary question: is this really "Impressions" or "A Love Supreme"? From the very beginning of the set one could understand the musicians' determination not to produce dull duplicates. There was no confusing any of them with bassist Jimmy Garrison, pianist McCoy Tyner, or drummer Elvin Jones.

Yet the members of Coltrane Configurations proved equally good at playing in a meditative, loose way as in handling up-tempo numbers with a tight and highly expressive funk, all supported by a solid, bass-saturated framework.

Pianist Uzeki's solo on "India" showcased bluesy phrasing with the harmonic wit of a Paul Bley. The musical movement of the performers took its inspiration from Tacuma, who magnetically attracted the audience's eyes whether performing intimate, almost erotic, dances with his guitar or singing along with it while soloing. "Impressions" displayed Kofi's outstanding circular breathing technique complemented with ecstatic shouting and phrases bursting forth from his soprano saxophone. His delivery of a blazing, rapturous solo with a unflinching face brought to mind the appearance of Coltrane himself.

Hutson is really versatile drummer, equally good at evocative background playing and at specifying distinct yet flexible funky rhythms. "Equinox," was just one tune that found him working empathetically with Uzeki, who played the piano no less rhythmically than melodically.

A musical narrative emanated from Uzeki's ruminations on the composition by Mongo Santamaria, made famous by John Coltrane: "Afro-Blue". More likely stemming from his background in classical music, Uzeki"s complex and deep variation made the whole audience observe with bated breath the pianist's unfolding monologue.

The last number, A Love Supreme's "Acknowledgement," was a logical and impressive encore and final statement. And though the audience seemed unwilling to respond to Tacuma's call to sing alone "A-Love-Supreme, A-Love-Supreme, A-Love-Supreme," many left the concert hall humming "na-Nah na-Nah, na-Nah na-Nah."

Герман Лукьянов в Запорожье

2008-12-18T16:52:00.000-08:00

Репортаж Александра Мартынова и его же интервью с «Кадансом» Г. Лукьянова на UAJazz

Герман Лукьянов и его «Каданс» 11-XII-2008

2008-11-10T12:27:00.000-08:00

Запорожское творческое объединение Creative Jazz Fans представляет единственный концерт на Украине Германа Лукьянова и его ансамбля "КАДАНС", который состоится 11 декабря в г. Запорожье (ДК Металлургов).

Герман Лукьянов – легендарный джазовый музыкант и композитор, аранжировщик, писатель и поэт – привезет в Запорожье свой возрожденный ансамбль «Каданс», первый состав которого был создан ровно 30 лет назад. В секстете Лукьянова играют теперь высококлассные молодые музыканты – Алексей Круглов (саксофон, кларнет), Роман Соколов (саксофон, флейта), Алексей Беккер (фортепиано), Макар Новиков (контрабас) и Александр Зингер (барабаны). Группа представит несколько пьес из нового альбома «Чёрным по белому». Композиции «Каданса» очень оригинальны по своему музыкальному языку. Русские интонации, угловатые мелодические линии, неожиданные гармонические диссонансы – все это результат композиторского мышления Германа Лукьянова, за плечами которого солидная академическая школа.

Выступление «Каданса» в городе Запорожье будет единственным на Украине и одним из самых любопытных джазовых концертов организованных запорожским творческим объединением Creative Jazz Fans, например - потому, что это будет единственный ансамбль, в музыке которого преобладают тембры деревянных духовых инструментов. Флейта, кларнет, альт- и тенор-горны, экзотическая трехствольная цуг-флейта с чуть фальшивым, а оттого немного мультяшным, детским звуком – таков инструментарий коллектива, благодаря которому «Каданс» воспринимается не традиционным джазовым ансамблем, а, скорее, камерным академическим. Тем не менее, тембр саксофонов, сопровождение ритм-секции и импровизационность – все эти черты джаза в их музыке тоже есть. Таким образом, в творчестве коллектива гармонично соединяются элементы академической музыки и джаза, оправдывая название «Каданс», которое расшифровывается как «КАмерныйДжазовыйАНСамбль».

Музыканты:

Герман Лукьянов играет на сконструированных им альтгорне, теноргорне и трехствольной цуг-флейте. Игра маэстро выдержана в строгом, выработанном им самим ключе, порой чуть ли не математически выверенном до полутона, но содержащая в себе неожиданные ходы, включающие и нестандартные гармонические отклонения, и различные ритмические конфигурации.

Алексей Круглов играет на альт саксофоне и бассетгорне. Круглов принадлежит к авангардному крылу московского джаза, разрабатывает музыкально-драматическое направление, но с Лукьяновым они поразительным образом находят общий язык. Круглов, можно сказать, выступает своеобразным антиподом Лукьянову, порождая внутренний конфликт в пьесах «Каданса» своей атональной и сонористической игрой. Но от этого художественная выразительность ансамбля не сколько не уменьшается, а наоборот, дополняется новыми красками.

Роман Соколов – типичный представитель последователей Джона Колтрейна, с яркой, упорно-ладовой игрой, с прекрасным чувством ритма и традиционным импровизационным чутьем гармонии. Первоначально играл классику на флейте, поэтому обладает прекрасной техникой на этом инструменте.

Алексей Беккер – композитор, пианист, барабанщик, автор ряда различных собственных программ, порой фри-джазовых. Сильное влияние на Алексея оказали Прокофьев и Бил Эванс. Можно сказать, что он является последователем идей этих композиторов. Обладает прекрасной техникой, и ярко выраженным собственным исполнительским языком.

Макар Новиков и Александр Зингер часто выступают вместе в различных джазовых акциях. Поэтому необычайно сыграны и четко выполняют установки Лукьянова, касающиеся метро-ритмической насыщенности в пьесах. Макар Новиков отлично владеет смычком, что позволяет использовать этот выразительный элемент в композициях. Александр Зингер в своей игре часто использует полиметрические структуры, отлично владеет игрой руками без ударных палочек. Играет на африканской установке Лукьянова.

Профайл Германа Лукьянова на jazz.ru

Charles Gayle Trio 17-X-2008

2008-09-10T12:26:00.000-07:00

Когда идеалы и принципы побеждают материальные потребности и желания? Лишь тогда, когда творчество становится главнейшей и единственной ценностью музыканта, становится его настоящей жизнью. Это звучит как рассуждения идеалиста о том, как должно быть, но и о том, что невозможно. Оказывается, идеалисты и мечтатели не всегда далеки от реальности, как минимум, один пример этому есть...

Чарльз Гейл – символ «революции в джазе» 60-х; музыкант, который ещё в молодости определил для себя несколько принципов: заниматься только музыкой, играть только то, что хочет он сам, и никогда не идти на компромиссы. Он умудрился (и делает это до сих пор) следовать им, пренебрегая удобствами, выгодами и всем, что не укладывается в его систему ценностей. Начинал он свой творческий путь на улице, т.к. даже в самой свободной стране мира для бескомпромиссных людей место находится с трудом. Именно этой бескомпромиссностью объясняется не только предельно скромный, подвижнический образ жизни (например, 15 лет Гейл живет в квартире без тепла), но и неспешность в подготовке и выходе альбомов – свой первый альбом "Always Born" он выпустил только в 1988 году, когда музыканту исполнился уже 51 год.

Благо, новых проектов в 90-х годах у Гейла уже хватало. Бескомпромиссный авангардист, неизбалованный вниманием джазового сообщества, наконец-то завоевал широкую известность, хотя и в узких авангардных кругах. Особенно любопытны его проекты, реализованные в Берлине. "Touchin’ On Trane" был записан в формате трио с Рашидом Али на ударных и бывшим партнером Сесила Тейлора контрабасистом Уильямом Паркером. Легко поверить свидетельствам прессы, что концерты Гейла производят еще более сильное впечатление, чем его диски. Фри-джаз вообще много проигрывает без живого общения музыкантов с залом.

Трио, которое услышат украинские поклонники фри-джаза – это могучий водопад дерзких звуков тенор-саксофона Гейла в сочетании с массивным, урчащим потоком контрабаса Хилларда Грина, наполненный свежим воздухом пульсирующей меди Клауса Кугеля. Их импровизации, обладая определенной структурой, напоминают оживленные дебаты, как если бы каждый музыкальный инструмент был бы талантливым оратором, эмоционально, но тактично аргументирующим свою позицию. Самый натуральный фри-джаз от самых настоящих антибуржуазных музыкантов.

Концерт пройдет в рамках ежегодного международного турне трио Чарльза Гейла в Европу: Франция, Германия, Польша, Украина, Россия, Литва. Творческое Объединение Creative Jazz Fans, представляющее единственный концерт в Украине, приглашает всех днепропетровских любителей джаза 17 октября в Запорожье. Концерт состоится в 19:00 в ДК Металлургов. Тел. для справок 8(0612)137550.

Кен Вандермарк: Музыка - это искусство, которое возникает не на репетициях, а на концертах.

2008-04-22T01:00:00.000-07:00

Кен Вандермарт и Юрий Яремчук в ЗапорожьеCreative jazz fans и ООО "ІНВЕК" сделали как обещали: 3 мая в Запорожье с концертом побывали Кен Вандермарк, Тим Дейси, Юрий Яремчук и Марк Токарь. С чем хочется поздравить всех присутствующих в зале (да что присутствующих? Неистовствующих!), и искренне пожалеть всех тех, кто на концерт не попал. Даже если вы были в Крыму или за границей нашей родины, правильным местом в этот день был концертный зал ДК Металлургов. Несмотря на скептицизм многих, зал был полон - концерт-то уникальный!

О музыке, которая звучала в этот вечер, говорить нет никакой возможности, да и Кен Вандермарк, музыкант, композитор, один из двадцати пяти ныне живущих музыкантов будущего, по мнению самого влиятельного в мире джазового журнала "Down Beat", привел слова Эрика Долфи, одного из великих джазменов прошлого, которого стоял у истоков самого понятия "фри-джаз", соратника Орнетта Коулмена и друга Джона Колтрейна: "Как только музыка доиграла, она улетает, растворяется в воздухе, и ее не поймать"

В этом суть импровизационной музыки. На попытки журналиста выяснить, не жалеют ли музыканты о том, что, достигая на концерте профессиональных высот, они не фиксируют свои сиюминутно рождающиеся находки, Тим Дейси (ударные, перкуссия), активный участник движения чикагского андерграунда, ответил: "Я стараюсь выбросить из головы предыдущие концерты, даже если они очень удачные, просто потому, что иначе ничего нового не создашь".

Экстатичный Марк Токарь, которого мы, не побоюсь этого слова, полюбили на прошлом концерте, когда он играл в Запорожье вместе с Пятрасом Вишняускасом и Клаусом Кугелем, совершенно простуженный, извлекал всю душу из чужого случайного контрабаса. Корифей, патриарх, участник множества проектов, перфомансов, театральных представлений Юрий Яремчук (саксфон, кларнеты) демонстрировал виртуозную технику и романтическую иронию.

На наших глазах, во втором отделении, четыре музыканта, отделенные друг от друга языковыми барьерами, возрастов, воспитанием, океаном, наконец, не говоря уже о метафизической бездне между двумя очень разными континентами, легко и слаженно договаривались без слов о том, куда и как полетит возникающая на наших глаза музыка.

Наверное, стоит привести на этой странице часть приятного разговора, который завязался в процессе прессконференции.

"- Как в проекте Кена оказались львовские музыканты, - потому что от Львова до Европы рукой подать?

Кен Вандермарк ответил на это, что он не знает ответа - ситуация, судьба, импровизация!

- Вопрос Марку Токарю и Юрию Яремчуку: получается, что средоточие импровизационной музыки на Украине - Львов. По причине близости к Европе или по какой-то другой причине?

Марк Токарь. Близость к Польше, конечно, имеет значение, хотя дело скорее в любви к такой музыке. География играет роль второстепенную…

Марк Токарь и Юрий Яремчук на концерте в ЗапорожьеЮрий Яремчук: Тут скорее речь идет о том, есть ли музыканты такого толка на Украине. Начиналась такая музыка на Украине с Александра Нестерова, киевлянина, - к сожалению, его уже нет в живых, и вот я с ним играл. Нам просто очень нравилась эта музыка, собственно говоря, мы ею жили. Потом к нам присоединился Марк Токарь. Когда занимаешься каким-то делом по-настоящему, вкладываешь в него силы, оно начинает потихоньку расширяться, расширяться, что-то начинает получаться, обрастаешь какими-то контактами…

Марк Токарь. Многие музыканты просто не хотят заниматься этим, потому что это не слишком прибыльное дело... Естественно, что не все любят эту музыку, не все ее понимают, не все пропагандируют, так как мы это делают… Мы очень долгое время в Украине были белыми воронами, Юра, конечно, дольше, он старше меня, он и привел к этой музыке… И, конечно, нужно благодарить Польшу, польских музыкантов, потому что Кракове, в клубе "Алхимия", мы познакомились с очень многими людьми, с разными музыкантами, и благодаря совместным проектам, все это обрело смысл, кажется, что все правильно, мы на правильном пути….

Юрий Яремчук. Дело в том, что, наверное, наша публика еще не в состоянии переварить все это, мы больше играем за границей, а в Европе все это очень популярно, во Франции, в Австрии, Голландии… Музыканты, которые играют импровизационную музыку, прекрасно существуют, делают фестивали…

Кен Вандермарк. Для меня работа с музыкантами из Восточной Европы стала стимулом для дальнейшего развития, новой поворотной точкой, придала мне силы, это такой мощный обмен энергией.

- А какой процент энергии поступил от слушателей? От сегодняшнего, запорожского зала?

Юрий Яремчук. Вообще все искусство построено на обмене энергией! Мы даем - и получаем. У нас был случай, когда мы играли для одного человека. Который просто пришел и заплатил деньги, и хотел слушать музыку. Ну это тяжело, конечно, когда в зале один человек… А сегодня было хорошо.

Кен. Мы сегодня встали в пять утра, не успели толком поспать, но когда начался концерт, аудитория оказалась настолько восприимчивой, что буквально после нескольких тактов чувство усталости отступило.

Юрий Яремчук. Так что аудитория тоже поработала. Как сказал саксофонист Марк Йосефсон, он не хочет развлекать людей. А мы создаем некую атмосферу, ее можно принять или не принять, но тот, кто примет, - останется с нами".

Инга Истеркина ("МИГ по выходным")

Ken Vandermark Quartet 3-V-2008

2008-04-22T00:48:00.000-07:00

Отчет о концерте с джазфорума

Долго не мог представить, с чего начать писать. Я так и знал, когда сидел в зале, что половину того, что было в голове, забуду.
Событие было таким, что даже задолго до него самого я особо не сомневался в том, что концерт мне понравится. Хоть Кен Вандермарк и не самый мой любимый артист, но нельзя не отметить его творческий поиск и желание записываться с разными музыкантами. Из всей его огромной дискографии я слышал может альбомов пять, и всегда можно было найти что-то новое. Скорее всего, поэтому я не смог закрепить за Кеном какое-то однозначное впечатление.
С нашими земляками я знаком и того меньше. Альбом YATOKU Яремчука (а там и Токар с Кугелем), и концерт в Харькове, где я видел Токара вживую. В принципе, этого достаточно, чтобы сложить некоторое представление.
Теперь ближе к теме. Сам концерт состоял из трех отделений. Первое - американский дуэт Вандермарк-Дейзи, второе - наши Яремчук-Токар, ну и на десерт - все четверо вместе.
Чуть забегая вперед скажу, что основное впечатление от саксофонистов - это их различие в подходе к инструментам (да, кстати, Вандермар - тенор, кларнет; Яремчук - тенор, сопрано, бас-кларнет). Вандермарк звучал как настоящий мастер артикуляции, мастер жестких лаконичных фраз. Яремчук подходит к саксофону с другой стороны, он шипит и кричит, поет и завывает. Я часто обращаю внимание как ведут себя музыкант с саксофоном. Некоторые раскачиваются как неваляшки вперед-назад. Кто-то поджимает плечи ли локти в кульминационный момент, кто-то приседает. Есть и просто истуканы с саксофонами. То как вел себя Яремчук, я увидел впервые. Это больше всего напоминало какой-то танец.
Итак, часть первая - дуэт барабаны - тенор/кларнет. Заметна отличная сыгранность музыкантов, никому не нужно подмигивать, махать руками или подавать еще какие-нибудь знаки. Поражает количество экипировки, которую привез (а может и не привез) Тим Дейзи. Кроме привычных полочек, щеточек и молоточков, я увидел новые для себя полу-палочки-полу-маракасы и еще какие-то странные щеточки. Также Тим непонятно что вытворял с каубелом, то ставил его на том и молотил по нему, а то и просто использовал вместо палочек. При всем при этом мне показалось (и где-то такое же впечатление от альбомов Vandermark 5), что Дейзи далеко не лучший из барабанщиков. Уж сильно техника и артистизм превалирует над музыкальностью. А может это просто после Кугеля я так говорю.
Сам Вандермарк не поленился продемонстрировать свою технику и скорость, и лиричное исполнение на кларнете. Настоящий мастер, что можно еще сказать.
Первая часть длилась минут 20-25, после чего на сцену вышли Яремчук-Токар. Яремчук взял бас-кларнет, и после первого же звука я не смог сдержаться, чтобы не зааплодировать. Как-то у меня еще от Долфи слабость к этому инструменту, и вот, наконец, услышал его вживую.
Второй дуэт определенно продемонстрировал более тяжелую музыку. Тут был гораздо больший разброс техник как у Яремчука, так и у Токара. Если я не ошибаюсь, в этой части Токар совсем не щипал струны, а только играл смычком, и использовал контрабас как перкуссионный инструмент. Конечно же, не могли не впечатлить а-ля Кёрк Яремчук с двумя саксофонами, а также завершающее соло на теноре.
Эта часть тоже продолжалась около 25 минут. После этого антракт, постепенный возврат мыслей в голову и выход из транса. И, наконец, самое-самое. Фри-квартет.
Если первые выступления напоминали музыкальные приветствия (мне лично жаль мюнхенцев, к которым дальше поехали Вандермарк с Дейзи без Яремчука и Токара), то это уже было самое то. После небольшой разминки Яремчука и Вандермарка, диалога и взаимных покрикиваний, Дейзи начинает лупить молоточками грувовый бит а-ля Чико Хэмилтон, Вандермарк начинает играть брейк где-то в нижнем реестре, Токар включает настоящий пульс, и Яремчук не отстает и отвечает всем своим вопящим арсеналом. Эта тема вот уже третий лень не может выйти у меня из головы. Следом идет чрезвычайно красиво сыгранная на кларнетах баллада. Получилась просто потрясающе мелодичная и лиричная композиция. Честно говоря, хотел бы я послушать каких-нибудь баллад-стандартов в исполнении Яремчука.
В общем, где-то тут я уже потерял нить событий, и уже не мог остановить выстукивание ногами (заочно извиняюсь, если кому-то мешало). И конкретно толком я уже ничего не помню. Помню только, что это было хорошо.
Уже в самом конце во время стоящих оваций удалось прийти в себя и запомнить коротенькую, исполненную на бис, композицию. Настоящую бурлящую реактивную тему.
Это, в принципе, и все, что пришло в голову, но, конечно же, не все, что можно было бы написать. Ну, и огромное спасибо за эту настоящую музыку организаторам. Так держать!

Пресса:
Инга Истеркина. Кен Вандермарк: Музыка - это искусство, которое возникает не на репетициях, а на концертах.

М. Токарь, П. Вишняускас, K. Kugel 23-III-2008

2008-02-22T00:57:00.000-08:00